Анатолий Радов - Ящер [= Холодная кровь] [СИ]

Я заметил её через час и первым делом снова хотел спуститься, но что-то остановило меня. Из окна была виден перекрёсток, не полностью, всего лишь часть. Но и этого хватило, чтобы заметить двух странного вида теплокровов, которые так же, как и моя спутница, зашагали в сторону нашего дома.

С автоматом в руке, сняв его на ходу с предохранителя, я быстро спустился вниз и едва не столкнулся в одном из дверных проёмов с Дарой.

— Там двое…

— Заметил уже, — перебил я и надежда на то, что они случайно шли в том же направлении, испарилась. — Стрелять в них, что ли?

Я помог ей быстрее снять со спины рюкзак и она тут же принялась рыться в нём.

— Что там?

— Нож есть. Я купила. Стрелять нельзя, Олег.

— Нож? — я увидел в её руке кожаный чехол длиной в пару моих ладоней. Она протянула его мне.

— Могу и я, я умею. Но у тебя лучше получается.

— Как-то теплокровов… Не знаю. Я ведь только хладов убивал, а тут… Хотя, тех же немцев наши легко резали…

— А наши англичан, — она улыбнулась. — Всегда есть постоянные враги, да?

— Ну, сейчас немцы как-то…

Моего слуха коснулся едва различимый скрип калитки и я машинально вцепился в рукоятку.

— Там в прихожей я пакеты бросила. С едой. Надо убрать.

Дара кинулась обратно, я за ней. Пока она поднимала пакеты, я искал глазами место, где лучше устроить засаду. Автоматов у парней не было, но кто поручится, что они не носят короткоствол? Да и вообще, не будь у них никакого оружия, разве стали бы они планировать ограбление девушки с автоматом?

Но в любом случае — метать нож нельзя. Придётся резать.

Я проглотил вязкую слюну и, отыскав глазами нишу между стеной и полуразвалившимся шкафом, который больше напоминал груду широких полусгнивших досок, вжался спиной в стену. Под ногой предательски скрипнула половица и я, задержав дыхание, замер похлеще каменной статуи.

Парни приближались. Хоть они и старались не шуметь, но я слышал их шаги.

Странно, но действовали эти два хлыща довольно нахально. Или такие тупые, или совсем уж начинающие грабители-мародёры. Захотелось деньжат поднять? Ну так…

Додумать я не успел. Дверь стала открываться и я занёс руку для первого удара.

Бить решил в шею, обратным хватом.

На секунду внутри мелькнула мысль — а может не убивать? Может так? Ну, вырубить, а потом связать.

Но зашедший в дом первым сам решил свою судьбу. Не знаю как, но он меня то ли заметил, то ли почувствовал и, едва сделав шаг через порог, тут же отпрянул.

Нож всё-таки пришлось метнуть.

Я выскочил за ним и уже через мгновение рукоятка, как влитая, замерла меж его лопаток.

Ударившее в глаза солнце ослепило, но я успел заметить место, где стоял второй с пистолетом в руке, и одним прыжком, словно зверь из засады, повалил его на землю.

Чёрт! Как же нехорошо, что пришлось перенести место битвы во двор. Не дай бог кто-то заметит!

Удар по шее кулаком оказался для него смертельным. Я даже немного не рассчитал насколько сильна моя рука и вбил ему кадык чуть ли не в затылок. Потом на полном автомате схватил его за шиворот и поволок в дом. Зрение восстанавливалось, но видел я ещё плохо и поэтому в любой момент ожидал пули. Мало ли. С улицы в принципе нас видно, из пары соседних дворов тоже. А что будет делать любой теплокров заметив в своём городе хлада? Конечно же, если есть оружие — стрелять.

Напряжение немного спало, когда я затащил ещё дёргающееся тело в прихожую.

— Тебя никто не увидел? — услышал за спиной испуганный голос Дары.

— Чёрт! Там ослепило ничего не видел, тут теперь в темноте тоже ни хрена не вижу, — я нервно хохотнул. — Наверное, никто. Если б увидели, застрелили.

— Мог и безоружный увидеть.

— Мог, — согласился я. — Но от этого как-то не легче. Как же неохота за вторым выходить…

Я осторожно выглянул во двор, скользнул взглядом по улице и соседним домам и, сделав пару шагов, схватил второй труп за ноги.

Весил он почти ничего, килограмм семьдесят, но цеплялся за ступени и порог всем чем можно — руками, подбородком, и даже носом, наверное. Пришлось переворачивать его на спину, вытащив перед этим из спины нож.

Втянув в дом и второго, я устало бухнулся на пол:

— Надеюсь у них нет третьего сообщника, который ожидает где-нибудь за пару кварталов отсюда.

— Их с самого начала двое было. Думаю, всё обойдётся, Олег. Надо бы оттащить их куда-нибудь.

— Да пусть здесь лежат, какая разница? — я медленно поднялся. — А в пакетах у тебя еда?

— Угу.

— Так давай уже пожрём, в конце концов. Ты не против? — я улыбнулся. Да плевать на этих двух идиотов, не я пошёл их убивать, они сами пришли, и пришли не с самыми благородными целями.

— Нет.

— Тогда, иди, накрывай на стол, а я пока обшмонаю эти два куска мяса.

Помимо двух пистолетов ничего у этих придурков не было. Пустые полностью. Понятно почему решились на такое дело.

Я вернулся в ту комнату, где была кровать и бросил пистолеты на неё. Дара сидела рядом, раскладывая еду на одном из пакетов. От вида "стола" мой аппетит разыгрался ещё сильнее, ибо такого изобилия я не наблюдал уже несколько дней.

— Ты что будешь? — спросила Дара и я в ответ только усмехнулся. — Понятно, — уголки её губ тоже поползли вверх. Странно, то ли мы так огрубели, что можем спокойно есть, убив двух человек, то ли научились хоронить в недрах мозгов всё плохое. Впрочем, по сути это одно и то же.

Первым делом я набросился на колбасу, сыр и хлеб, сдобряя всё это поверху майонезом, потом вытер нож об грязное покрывало и открыл банки с бобами. Затем был сладкий, похожий на апельсиновый, сок, который я тоже пил не просто так, а закусывая бутербродом с колбасой. Организм большой, тарелкой каши не прокормишь.

Наконец желудок набился и я в довольном изнеможении повалился на пол.

— Может попробуем уйти через пару-тройку часов? — предложил лениво, хотя после столь обильного завтрака не то что идти, шевелиться не хотелось. Даже постоянное чувство подстерегающей опасности и то, казалось, переварилось с первыми кусками колбасы и сыра.

— Олег, днём очень опасно, — не менее лениво ответила Дара.

— А ожидать здесь ещё опаснее. К тому же до леса отсюда недалеко.

— Может ты и прав. Там в рюкзаке шприцы и бинты есть.

— Да ладно. Вечером уже обработаю, пока совсем не болит…

Сколько я проспал, не знаю, но подскочил как ужаленный. Чёрт! Вырубились вдвоём, заходи режь или расстреливай, как мишени в тире.

Дара мирно сопела на кровати. Я поднялся, протёр глаза и стал смотреть на неё. Стройная. Тонкая талия переходит…